В четверг, 9 июня, по причине продолжительных и обильных дождей, спровоцировавших наводнения, во Франции был введен режим стихийного бедствия. Он был предложен и одобрен кабинетом министров Франции. Режим стихийного бедствия действует в 782 коммунах, еще 215 ожидают одобрения на его введение.
Введение подобного режима поможет Франции не только справиться с последствиями разгула стихии, но и даст возможность пострадавшим от наводнения получить страховые выплаты гораздо быстрее.
Убытки, которые понесет Ассоциация страховых компаний Франции, будут впечатляющими. По предварительным данным, они составят от 900 до 1,4 млрд евро.
В центральной реке Франции, Сене, уровень воды в черте Парижа поднялся до небывалых отметок — выше шести метров. Это рекордный показатель за минувшие 34 года.
Жители районов, наиболее пострадавших от наводнения, были эвакуированы.
Жертвами наводнения стали пять человек, в основном пожилые граждане. Свыше двадцати французов получили ранения разной степени тяжести.
Без электроэнергии долгое время оставались не менее 20 тысяч домов.
В ближайшие недели NASA планирует запуск миссии Artemis II – первого за более чем 50 лет пилотируемого полета в окрестности Луны. Дальнейшее развитие космических станций приведет к извечному вопросу «Что надеть на орбиту?» Космическая одежда – это не просто прикрытие тела, а «вторая кожа», защищающая от радиации, регулирующая температуру и обеспечивающая связь. Симбиоз люкса и высоких технологий позволил дизайнерам Prada, SpaceX и стартапам вроде Spacewear пересмотреть саму концепцию ткани. Теперь мы говорим о «выживании с элегантностью» – Survival Elegance.
В мире перенасыщенного маркетинга создание нового бренда с нуля обходится в астрономические суммы, при этом риск провала остается критически высоким. Именно поэтому венчурные фонды и технологические гиганты обратили взор на «зомби-бренды» – компании, которые сохранили колоссальную узнаваемость, но утратили рыночную долю или обанкротились. Воскрешение легенды позволяет мгновенно получить лояльность старшего поколения и любопытство зумеров, для которых ретро-эстетика стала новой формой искренности.
