Покупателям американского доллара явно не понравились вчерашние данные о том, что индекс потребительского доверия Conference Board в США в мае этого года снизился на 0,7 пункта до 93,1 — чуть хуже консенсус-прогноза в 92,0 и третий месяц подряд ниже отметки 100. Данные вышли в унисон с рекордным минимумом индекса Университета Мичигана, опубликованного на прошлой неделе. Все это говорит о том, что американский потребитель чувствует себя всё хуже, и в этом нет ничего неожиданного.

Наиболее тревожный компонент — индекс текущих условий, упавший на 3,2 пункта до трёхмесячного минимума. Доля потребителей, говорящих о наличии достаточного количества рабочих мест, снизилась до минимума с 2021 года — это один из самых чутких опережающих индикаторов реального состояния рынка труда. Пока официальная статистика занятости остаётся устойчивой, однако подобное ухудшение восприятия традиционно предшествует реальному охлаждению на несколько месяцев.

В отчете указано, что две трети респондентов сообщили о сокращении расходов из-за роста цен. Картина узнаваема: покупают меньше, откладывают крупные покупки, переходят на более дешёвые аналоги. Планы по приобретению автомобилей, домов и крупной бытовой техники снизились. Рост цен на бензин бьёт прежде всего по домохозяйствам с низким доходом — именно они тратят на топливо непропорционально большую долю бюджета и практически не владеют акциями, которые сейчас бьют рекорды. Рост ипотечного кредитования также не придает американцам уверенности в завтрашнем дне.

И вот здесь возникает показательное противоречие. Почти 55% респондентов ожидают роста цен на акции в следующем году — максимум с конца 2024 года. Индекс ожиданий на следующие шесть месяцев вырос до максимума этого года. Иными словами, люди одновременно сокращают расходы сегодня и верят в рост фондового рынка завтра. Это точно отражает разрыв, о котором всё громче говорят экономисты: рост S&P 500 перестал ощущаться как рост благосостояния для большинства американцев — он остаётся историей для тех, у кого есть портфель и хороший запас кэша.

Для ФРС этот отчёт не меняет картину принципиально. Потребительские расходы пока держатся — отчасти благодаря налоговым возвратам. Но сочетание снижающейся уверенности, ухудшения восприятия рынка труда и устойчиво высоких инфляционных ожиданий оставляет Кевина Уорша в той же ловушке, что и его предшественника: повышать ставки при слабеющем потребителе больно, но не повышать при инфляции выше 3% — значит потерять доверие рынков.