С начала столкновения между силами США и Израиля с Ираном, начавшегося 28 февраля, энергетический сектор пережил резкий шок: по оценкам, из строя выведена примерно пятая часть мировых запасов нефти и природного газа, что привело к резкому скачку цен и вызвало новые призывы к ускоренному переходу на отечественную возобновляемую энергетику.

В центре кризиса – блокировка транспортных коридоров, атаки на инфраструктуру в Персидском заливе и объявленные форс-мажоры, которые уже меняют картину спроса и предложения на энергетических рынках.

С 28 февраля Иран фактически закрыл Ормузский пролив и провёл удары по энергетической инфраструктуре в Персидном заливе. В результате добыча была вынужденно остановлена в ряде стран региона – от Катара до Ирака.

Нефть марки Brent подскочила примерно с $73 до начала конфликта до около $120 в понедельник, по данным Reuters, что спровоцировало сильную волатильность на мировых рынках.

QatarEnergy объявила форс-мажор на свои экспортные поставки сжиженного природного газа – объемы, составляющие около 20 процентов мировых поставок СПГ. Компания предупреждает, что восстановление объёмов может занять как минимум месяц.

«Сколько раз нам нужно усвоить один и тот же урок?» – сказал в интервью Morningstar Лукас Уайт, ведущий портфельный управляющий в GMO. Он подчеркивает, что наличие распределенной генерации – солнечных панелей и ветряных турбин – сделало бы экономики менее уязвимыми к перебоям с нефтью и газом.

Павел Молчанов, аналитик Raymond James, отметил, что кризис «подчеркивает взаимосвязь между энергетической безопасностью и переходом к возобновляемой энергетике», добавив, что длительно высокие цены на нефть могут стимулировать спрос на электромобили в США.

Экономисты Лондонской школы экономики призвали британское правительство ускорить переход к собственной «чистой» энергетике, ссылаясь на высокую уязвимость страны к колебаниям международных цен на ископаемое топливо.

Asia Times указывает, что конфликты такого рода могут закрепить структурное преимущество за азиатскими странами, уже инвестирующими в производство солнечных панелей и батарей. Китай и Индия находятся в выгодном положении для извлечения пользы из ускоренного развертывания возобновляемой энергетики.

Уайт приводит прецедент: российское вторжение на Украину в 2022 году привело к примерно двукратному росту установки солнечных панелей в Европе и резкому увеличению доли возобновляемой электроэнергии в ЕС.

Axios предупреждает, что рост цен на энергоносители может подстегнуть инфляцию и вызвать повышение процентных ставок, что сделает дорогостоящим финансирование капиталоемких проектов в чистой энергетике.

Fitch Solutions отмечает риск возврата некоторых стран Азии и Европы к углю при длительных перебоях с поставками СПГ. ClearView Energy Partners указывает, что администрация США может также рассматривать решения по чистой энергетике как практический ответ на рост цен.

По словам Asia Times, конфликт с Ираном «служит стресс-тестом для энергетической модели Азии»: краткосрочная уязвимость может усилиться, прежде чем снизится, но устойчивая нестабильность может ускорить переход на возобновляемые источники энергии и тем самым снизить долгосрочную уязвимость. Для трейдеров ключевым остается вопрос, насколько долго продлятся перебои и какие меры предпримут страны и компании в ответ.